13 февраля 1955 года «Приволжский колхозник» задался вопросом о том, права ли 17-ти летняя выпускница Нежитинской семилетки Тоня Кузнецова. Нежитино, конечно, в наши дни не совсем Юрьевецкий район, вернее, совсем не юрьевецкий: междуречье Унжи и Нёмды ушло в соседнюю область, но накануне затопления Горьковским морем юрьевецких краёв ещё относилось к нашему району. Что же с Тонечкой было не так? А Тоня, закончив 7 классов, не смогла никуда поступить (из-за слабой подготовки), полгода пинала воздух, а потом написала жалосливое письмо в райком комсомола, общий смысл коего сводился к тому, что молодая я ещё работать, мне бы поучиться хотя бы где-нибудь.
Говоря между нами, в 16-17 лет закончить семилетку можно только отсидев минимум в одном классе два года, а то и в двух, так что, девица явно не отличалась большими способностями к наукам. И секретарь райкома В. Харин пытается доказать девице и ей подобным, что работать даже на самой грязной и непрестижной работе вполне себе почётно. Что и из свинарок выходили в депутаты и получали госнаграды. Что трудиться — хорошо и правильно, в отличие от…
Мда… На дворе ещё только 55 год. До времён, когда прозвучит сперва в шутку, а потом и вполне всерьёз «мы маленькие дети, нам хочется гулять» ещё несколько десятилетий, Тоня вырастет к тому времени и обзаведётся не только детьми, но наверно и внуками, а оно вона как.
Настанут, настанут ещё времена, когда целое поколение массово решит, что работать руками — фу, некруто, и вообще для лохов! И захочет быть непременно юриздами и иканамиздами. И станут им свистеть в уши про права ребёнков (притом, что ребёночкам под двадцать лет), забывая про обязанности оных. Придут эти времена (не к ночи будь помянуты)!
Но пока на дворе только 1955 год, и Тоня такая одна (ведь одна же, правда?), и работать она в конце концов пойдёт — куда денется, в СССР с этим было строго, а совсем скоро станет ещё строже — через шесть лет выйдет указ о тунеядстве (как раз после ликвидации независимых от государства форм занятости, как раз в 1955 году и начали).